БЕЛГРАД

Нижегородский омбудсмен рассказала о работе по защите прав человека

При всем многообразии правозащитных институтов именно аппарат регионального уполномоченного по правам человека (УПЧ) зарекомендовал себя в качестве надежного механизма, способного оказать реальную помощь людям. Это подтверждается и ростом числа обращений к УПЧ: если за весь 2016 год их зарегистрировано 3024, то за девять месяцев 2021-го — 3675. В двух случаях из трех омбудсмен оказывает содействие (полное либо частичное) в реализации прав. О том, как это удается, рассказывает Оксана Кислицына, уполномоченный по правам человека в Нижегородской области.

Почему иногда УПЧ может быть для граждан более полезен, чем представитель того или иного правозащитного органа?

Оксана Кислицына: Должностное лицо обязано строго придерживаться требований нормативных актов и регламентов, мыслить категориями «законно — незаконно».

Для правозащитника же именно человек является главной ценностью и именно его интересы первостепенны. Омбудсмен оперирует не только понятиями «законность», но и «человечность», «справедливость», «логичность». Там, где чиновник на законных основаниях откажет, омбудсмен ищет варианты помощи.

Можете привести конкретный пример?

Оксана Кислицына: Тимур (назовем его так) обратился к нам после того, как районный суд поддержал решение регионального управления по вопросам миграции о лишении заявителя разрешения на временное проживание (РВП) на территории РФ. РВП аннулировали из-за того, что сотрудник управления не принял в качестве доказательства трудовой деятельности Тимура и наличия у него необходимого дохода выписки из банковского счета заявителя и его жены.

Наши специалисты установили, что супруга Тимура — предприниматель, их совместный доход достаточен, чтобы не обращаться за помощью к государству. Мы дали мотивированный ответ о необоснованности решения районного суда, и это помогло Тимуру подготовить апелляционную жалобу. В результате областной суд признал аннулирование РВП незаконным.

В мае этого года инвалиды-колясочники пожаловались вам на водителей автобусов и троллейбусов, которые не помогают инвалидам при посадке-высадке. Чем завершилась эта история?

Оксана Кислицына: Пришлось глубоко погрузиться в транспортную тему. Летом опросили 940 нижегородцев, из них более половины отметили низкую доступность общественного транспорта для маломобильных граждан.

Результаты опроса отправили в региональный минтранс, а в сентябре с его специалистами и представителями общественных организаций инвалидов, выйдя на остановки, убедились: работа пассажирского транспорта не гарантирует его доступности. Многие водители и кондукторы не имеют навыков содействия колясочникам и могут даже травмировать их, передвигая по откидным пандусам. И самое неприятное: отмечены факты неодобрительного отношения пассажиров к задержкам из-за посадки-высадки человека на инвалидной коляске.

Оксана Кислицына работает в должности уполномоченного по правам человека в Нижегородской области с 27 августа 2020 года. Фото: Александр Воложанин

То есть надо говорить не только о доступности автобусов и троллейбусов, но и о неготовности общества к транспортной инклюзии?

Оксана Кислицына: Да. Поэтому мы поддержали активистов нижегородской региональной общественной организации «Инватур» в разработке проекта «Активное движение», цель которого — формирование позитивного отношения к маломобильным пассажирам. В 2021 году проект стал одним из победителей областного конкурса на соискание государственных грантов.

Запланированы издание плакатов и памяток для жителей региона, проведение инструктивных занятий с водителями, осуществление общественного контроля за пассажирскими перевозками, а также правовое сопровождение разрешения возможных конфликтов.

Ключевой вопрос

Расскажите о наиболее ярких случаях, когда ваше содействие помогло людям.

Оксана Кислицына: Отбывавший наказание в ИК-20 ГУФСИН России по Нижегородской области мужчина обратился в наш аппарат с просьбой о содействии в прекращении статуса индивидуального предпринимателя (ИП) без оплаты услуги по заверению подписи. Для лиц, содержащихся в местах лишения свободы, эта процедура весьма затруднительна. Лично явиться в налоговый орган либо обратиться через сайт госуслуг они не могут, а их подпись на соответствующем заявлении должна быть заверена нотариально либо сотрудником МФЦ .

Весной 2020-го к решению проблемы был подключен помощник омбудсмена в районе, где расположена колония. Он организовал бесплатное посещение ИК-20 представителем МФЦ и посодействовал направлению заявления осужденного в налоговую инспекцию в электронном виде. Статус ИП у него был прекращен. Но выяснилось: в качестве индивидуального предпринимателя он зарегистрирован через одиннадцать дней после ареста в 2015-м. В местах лишения свободы осужденный забыл, что хотел заняться предпринимательством, и о факте регистрации ИП узнал, когда в ИК поступили исполнительные листы. Ему ежегодно начислялись страховые взносы в размере около 40 тысяч рублей.

К лету 2021-го года осужденный освободился. За 4,5 года с него было удержано 67 тысяч рублей, но предстояло выплатить еще 96 тысяч. Несправедливость очевидна, поэтому мы обратились в суд с иском об отмене решения ПФ и налоговых инспекций о начислении страховых взносов и пеней. Несмотря на возражения двух инспекций ФНС, суд удовлетворил иск.